Георгий Данелия признавался, что «Осенний марафон» (1979) — единственный фильм, который он знал, как снимать. «Горестная жизнь плута» — такое название, вызывающее преимущественно отрицательную коннотацию главного героя — преподавателя и переводчика, доброго и безотказного человека Андрея Бузыкина (Олег Басилашвили) — носил сценарий великого русского драматурга Александра Володина. Любовные коллизии героя, разрывающегося между женой Ниной (Наталья Гундарева) и любовницей Аллой (Марина Неёлова) и неспособного вовремя давать отказ пользующимся его добротой людям, были хорошо знакомы и Володину, и Данелии. Сама история создания фильма «Осенний марафон» оказалась насыщенной невообразимыми творческими и отчасти политическими курьёзами, составившими впоследствии красивую быль, похожую на легенду.

Страшно представить себе, какая получилась бы картина, если бы Данелия, изначально на правах художественного руководителя объединения комедийных и музыкальных фильмов отдавший сценарий паре молодых режиссёров, сам в итоге не взялся за постановку. А кто мог бы ещё так ярко и естественно воплотить образ несчастного мужчины среднего возраста, поглощённого непрерывным житейским круговоротом навязываемой ему чужой воли, чтобы вызвать у зрителя сочувствие, как это сделал Олег Басилашвили? А таким бы колоритным мы увидели в этом фильме Евгения Леонова, если бы он сыграл не Харитонова, соседа Бузыкина с покрасневшим от пьянства лицом, а соседа по квартире Аллы дядю Колю (Николай Крючков), как изначально задумывал режиссёр? Как бы то ни было, история не имеет сослагательного наклонения, и подобные размышления по большому счёту приводят к напрасной трате времени. Но одно имя здесь всё-таки важно упомянуть. Ассистент режиссёра по актёрам Елена Судакова — вот та скромная труженица невидимого фронта, благодаря тихому упорству которой Бузыкиным стал Басилашвили, а Харитоновым — Леонов (последний, между прочим, был отмечен премией итальянских журналистов на Венецианском кинофестивале).

Основная исходная проблема фильма — любовный треугольник. Герой, мечущийся между двумя любимыми женщинами и вопреки своей порядочности неумело врущий им, в чём-то уподобляется князю Мышкину, желая сделать ближним своим хорошо, но в итоге оставляя их несчастными. Но вдумайтесь: что за любовный треугольник показан в «Осеннем марафоне»? Ещё на старте своего режиссёрского пути Георгий Данелия твёрдо про себя решил: снимать кино, на котором никогда не будет цензурного ярлыка «детям до 6 лет смотреть запрещено». Собственно, в Советском Союзе иначе и быть не могло. И невинному отроку, находящемуся ещё на пути взросления и посмотревшему «Осенний марафон», и в голову не придёт подумать об интимной близости между героями. Всего два постельных кадра помещены в картину. В одном кадре Бузыкин, оставшись на ночь у Аллы, лежит в футболке под одеялом рядом с героиней, не приходящейся ему женой (изображение это довольно затемнённое). В другом кадре супруги Бузыкины, лёжа в пижамах на двуспальной кровати, читают перед сном каждый своё чтиво при свете разных ламп.

Эксперты, привыкшие к тому, что ни один уважающий себя современный режиссёр не обделит экранную любовную историю хотя бы краешком откровенных сцен, могут усмотреть здесь медвежью услугу по отношению к юным зрителям, растущим на советской киноклассике, в том, что впоследствии эти будущие взрослые будут неполноценными в семейной жизни. Найдутся и благочестивые ценители кино, убеждённые, что мужчина и женщина, ставшие единой плотью, в принципе призваны хранить целомудрие и в браке, и что противоестественны не сами интимные отношения, а их публичная демонстрация. Вправе ли в таком случае искусство возлагать на себя функцию личного воспитания человека или для этого существует школа? Наверное, важно здесь не переходить в крайности в своих взглядах. Но от того, что в фильме Данелии представлена исключительно душевная составляющая двойной жизни главного героя, меньше любить «Осенний марафон» зрители не станут.

Любовный треугольник — лишь основа довольно-таки многослойного сюжета, а главная трагедия Бузыкина, в чьём образе угадываются неотъемлемые черты советской интеллигенции периода застоя, — в конформизме, делающим человека заложником чужих интересов. Наверняка такое обилие разновидностей жизненных невзгод, мастерски сплетённых в одну историю, подразумевает аккумуляцию имевших место в реальной жизни случаев уступчивости «волевых и цельных людей» в ущерб себе в единый образ. Сложно представить, чтобы женатый мужчина, имевший ещё и женщину на стороне, вдобавок тратил себя и для датского профессора (Норберт Кухинке), вынуждающего совершать с ним пробежки в удобное ему время, и для бездарной коллеги-переводчицы (Галина Волчек), без зазрения совести эксплуатирующей чужой труд, и для упомянутого выше соседа-«алкача», ворующего чужое время и сваливающего на чужие плечи созданные по своей вине проблемы. Да, интересно было бы посмотреть, как друг-Бузыкин нашёл бы место своему альтруизму в современной жизни, как бы он покрутился в нещадных условиях рыночной конкуренции.

При всём этом «Осенний марафон», удостоенный Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых, — комедия с большой буквы. Действие доброго и ироничного чувства юмора маэстро Данелии, проявляемое в сюжетных стыках и репликах персонажей (а этот фильм разошёлся на цитаты, как никакой другой), имеет эффект бомбы замедленного действия. Зрителю, находящемуся далеко от экрана, достаточно нечаянного воспоминания об этом фильме, чтобы начать внутреннюю борьбу с несвоевременным смехом. И если посмотреть на мир главного героя глазами оптимиста, то такая жизнь может показаться счастливой: человек, не принадлежащий себе и расходующий свою жизнь во имя чужого блага, нужен другим людям и не обречён на одиночество. Старый добрый осенний Ленинград — отдельный герой фильма, выглядящий ещё краше под прекрасную сентиментальную музыку великого композитора-ленинградца Андрея Петрова.

Изображения: скриншот «Осенний марафон» (1979)